Клещ
- Николай Иваныч! За колбой едем?
- Да приболел что-то последнее время.
Голос слабый, умирающий. Когда-то назвал его Дедом, так и прилипло где-то сбоку: Дед, да Дед. Ему не нравилось, пытался протестовать, молодился, но когда у него начинал шкалить борзометр, то сразу Николай Иванович почему-то становился Дедом.
- Не смогу ехать.
- Ты, наверно, после проруби отойти не можешь. Простыл и молчишь, не звонишь?
- Нет Михалыч, слабость какая-то.
У него начал побаливать живот, пошёл в поликлинику, врач с рыбьей фамилией заявила, что это, скорее всего гастрит, а гастрит переходит в рак. Старики люди впечатлительные, доверчивые. А этой, с рыбьей фамилией, до того надоели все больные за её многолетнюю врачебную практику, что сама готова удавить каждого, лишь бы не обращались.
Обследовался на рак – ничего нет, а болячка напоминает о себе, вот и раскис.
- Смотри, может, и не поеду больше за колбой, перезреет.
Не спеша начали с женой собираться, оставив деда Николая в покое, чтобы дозрел. А как иначе? Лежит человек в потолок смотрит, годы перелистывает до самого последнего – восемьдесят второго, лежит и обречённо стонет внутри, сам себя убивает. А жизнь она из радостей состоит, из движения, из новых ежедневных впечатлений. Найди старика или старушку, живущих этими правилами - у них и память железная, и мозги ни набекрень, и глаза свет излучают.
Через час звоню снова.
- Всё Николай Иванович, едем без тебя. Сегодня холодно, снежок пролетает, клещи застыли, а колба поспела, в мощь прёт. Если едешь, тебе десять минут на сборы.
- Подожди, пообедаю тогда и позвоню.
- О-о-о! Твой обед ждать… Сейчас заправлю машину, если не успеешь к тому времени - уезжаем без тебя.
Вырвались на природу. То снег пролетает, то капли дождя, кругом лужа на луже и скрытые промоины, стужей попахивает. Здесь иногда, но редко встречаются люди, но не встретишь ни одного олигарха. Растёт колба, но куда-то исчез папоротник Орляк. Полно проплешин, закрытых прошлогодней листвой, но к удивлению не увидел ни одного гриба мозговика.
Приехали. Дед загадкой светится. Достал флакончик торжественно - помпезно, вроде: Эля!!! И давай мазаться.
- Дед! Что за вонь, дёготь что ли? Господи!.. У тебя пенсия в несколько раз больше, чем у Задорнова. Ты что не мог купить рефтамид или другой репеллент, этой вонью мажешься? А как колбу повезём, она же провоняет вся. Слово заветное от клещей надо знать, когда в лес идёшь, а не дёгтем мазаться.
- Какое слово?
- Заветное, вроде: «Клещ, клещ убегай! Николая не кусай»! Это слово самому найти надо.
- А у тебя какое?
- Его нельзя раскрывать никому. Вот тебе расскажи, но оно не поможет, а силу свою потеряет.
Пошёл, срезал молодой кукольник.
- На! Натирай одежду, уши, шею, руки и никакой вони не будет.
Кто-то невдалеке на квадрике подъехал. Нас не видит, остановился, заглушил мотор. Кругом лес, он один, ветер в кронах шумит тревожно.
- Дед! Грибы не встречал?
Кричу громко, нахально, оставляя место для не высказанного в связке матька.
- Нет! Нету грибов.
Охриплым голосом вторит Николай Иванович.
Тут же затарахтел мотор, звук быстро начал удаляться. Ясен перец, олигархи здесь не ходят…
Едем домой. Все довольные. Жена опять про тесто в веранде думку мнёт – завтра родительский день. Николай Иванович себя с пристрастием ощупывает – всё клещи мерещатся. А клещи - они такие, если их ждёшь, то точно придут. Только заехали на мост Дед сиреной по ушам
- Стой! Стой!
- Дед! Мы на мосту. Здесь нельзя стоять.
- Стой, тебе говорю! Клещ по уху ползёт!
Газанул, выскочил на пятачок за мостом.
- Выходи!
Не кряхтя, Дед выпрыгнул из машины.
- Здесь!
На ухо показывает, на меня смотрит как на Христа Спасителя.
- Ничего нет. Может, показалось.
- Полз, я его чувствовал!
На кепочку глянул, а он там сидит, притаился.
Нашёл щепку, давлю клеща на асфальте. Машины мимо проносятся. Николай Иванович с непокрытой головой. Ветер седыми растрёпанными волосинками лысинку щекочет…
Колбишники! Таёжники! Мать вашу!…

- .jpg (260.54 КБ) 7072 просмотра
Папоротник, но не Орляк.